ЛЯКУН П.Ф.

 

                       Ах,Россия-цветы полевые,

                       Необъятных земель благодать...

                       

 

 

 

         АХ,   РОССИЯ!

Ах,  Россия – цветы  полевые,
Необъятных   земель  благодать,
Купола  и  кресты  золотые
Небу  синему  в  душу  глядят.

Леполепье  малиновых  звонов
И  рассветов  малиновых  рай.
Отчего  же  народных  стонов 
Берега  твои  через  край?

Не ужель  оттого,  что  в  начале,
Когда  Небо  сновало  Русь
Начертало  оно  те  в  скрижали
Несказанную  в  мире  грусть.

Эту  грусть  несказанную  ветры
Разнесли  до  пределов  страны.
И  поэтому,  грустно  светлы
Звезды  северной  стороны.

И  луна – красота  вселенной,
Над  тобою  грустя,  плывет,
Оттого  и  народ  твой  бедно,
Чуть грустя, испокон живет.

 

 

 

 

 

            

          СВЯТКИ.

 Ах,  погода,  погодушка,
 Солнца  блеск  да  мороз.
 Иней,  ветви  аж  ломятся
 У  вербы  и  берез.

 Сосны,  ели  лохматые
 Спрятаны  в  серебро,
 А  над  сельскими  хатами
 Дым  из  труб  на  ведро.

 Ах,  погода,  погодушка,
 Чудной  сказке  под  стать.
 По  пригоркам,  по  горочкам
 Санки,  лыжи  летят.

 А  по  льду  прудов  звонкому,
 Пишут  песни  коньки.
 Крепость  снежная  строится
 Детворой  у  реки.

 Ах,  погода,  погодушка,
 Веселится  народ.
 Это  Русь  Святки  празднует,
 Рождество,  Новый  год!

 Крест  со  льда  цельно  пиленый
 Христу  Господу  дань.
 В  светлый  праздник  Крещения,
 Святится  Иордань.

 Ах,  погода,  погодушка,
 Душе  русской  простор.
 И  накрыт,  белой  скатертью,
 В  каждом  домике  стол!

 

  ВМЕСТО  МОЛИТВЫ.

Годы  смуты  опять  
Над  Россией  бушуют,  лихие.
Знамя  равенства  вновь  
Потрепали  прохвосты,  сполна.
И  кому  не  понять,  
Что  поруганы  наши  святые,
Что  Христа  как  любовь  
Отвращает  от  нас  сатана.

Лже  свободы  туман  
Помутил  даже  ясные  взоры.
Лже  спасителям,  вновь,  
Проорала,  осанна,  толпа
И  вселенский  обман  
Как  подарок  нам  бросили  воры,
И  в  невинную  кровь  
Обогрилася  к  правде  тропа.

Вновь  внушают,  что  зло
Беспрепятственно  все  души  губит,
Что  молись  или  нет,
Но  лишь  множиться  смерти оплот.
С  тех,  кому  повезло,
Кого  либо,  возможно,  возлюбят,
Но  Господь,  как  рассвет,
Не  придет,  не  придет,  не  придет.

Не  придет  как  рассвет,
Не  придет  как  от  тьмы  избавитель.
Не  придет  до  тех  пор
Пока  к  вере  мы  вновь  не  придем.
И  не  даст  нам  совет
ак  Христос,  как  Любовь  как  Спаситель.
В  грехов  смертных,  позор
Мы  как  в  адовой  пламень  падем.

Боже  Правый,  ужель
Душ  святых  на  Руси  не  осталось
Брат  на  брата  клинок
Отточил,  коль,  спасения  нет
Белых,  красных  «метель»
До  предельных  границ  разыгралась
И  багряный  восход
Не  подарит  уж  истины  свет.

Не  подарит  восток,
Не  подарит,  нет  веры  и  запад.
Русь  падет,  но  тогда
Властелином  антихрист  придет.
Может,  он  не  далек,
«Покатилось»  уж время  на  заход
 И  без  счета  орда
 Царя  тьмы  за  собою  ведет.

Мать – Небесная  Мать
На  Тебя  лишь  одну  упованье.
У  Христа  Ты  одна,
За  нас  грешных,  способна  просить
Может,  сможет  воздать
Он  лишь  нам  по  заслугам  страданье,
Но  Россия  страна
До  скончания  времен  должна  жить!

 

 

          

         ТОЛЬКО  К  ТЕМ.

 

Только  к  тем,  кто  за  все  в  ответе
Благосклонен  Бог  и  святые –
- Трактовалось  так  в  белом  свете,
Ну,  по  крайней  мере,  в  России.

В  той  России,  что  ставила  храмы,
В  той,  которой  Христа  любили,
Но  расстрелян  был  царь  врагами,
Но  враги  ли  царя  убили?

Не  секрет,  что  и  Свердлов,  и  Ленин
Приложились  к  той  смерти  не  мало.
Люди  ж  русские  из – за  лени,

Иль с того,что ума не достало

Страну  «Шифам»  в  удел  отдали.
Тем  распяли  веру  святую,
Что  творили,  разве  же  знали
Иль  желали  судьбину  злую?

Нет.  Желали  все  жить  богато.
На  халяву -  труда  не зная,
Отобравши  у  бар  палаты,
Но  судьбина -  злодейка,  злая.

Все  награбленное  пошло  прахом,
Села  вмиг  согнали  в  колхозы,
Раскулаченных,  одним  махом,
К  стенке,  минимум  на  морозы.

Банки,  фабрики  и  заводы,
По  всей  морде,  рабочим  достались,
Во  власть  сели  с  душой  уроды,
Кто  трудился - ни  с  чем  остались.

Не согласных,  служить  уродам,
А  иных,  профилактики  для,
  Объявляя  врагами  народов
Брали,  чаще,  на  зоре  дня.

Застонали  земли  глухие
Миллионами  грешных,  святых.
Друзья,  близкие,  даже  родные
Отрекались,  подряд,  от  них.

Так  «Пандоры»  полнилась  чаша
Всеми  мерзостями  сполна
И  «пролилась»  в  отечество  наше
Всех  ужаснее  войн,  война.

Миллионов, считай,  двадцать  восемь
Россиян  поло  в  бойне  той
«Уплывя  журавлями  в  осень»
Боже  Правый,  Боже  Святой.
Кары  вновь  оказалось  мало,
Коль  вновь  тех,  кто  стрелять,  казнить,
Рушить  храмы...,  осталось  не  мало -
- Продолжает  немало  жить.

Но,  недаром,  землям  России
Освещенность  была  дана.
Знать  врата  ее  не  осилит
В  веки,  вечные  сатана.

Даже  тем,  кто  «печать»  имеет,
Кому  адом  сила  дана
Уничтожить  Русь  не сумеет.
С  пены,  с  пепла  встанет  она!

 

 

Я  НАД  КРИНИЦЕЙ  НАКЛОНИЛСЯ

Я  над  криницей  наклонился.
В  кринице  затхлая  вода.
Какой  кошмар  здесь  приключился,
Какая  пронеслась  беда?
Что,  сверх   кристальная  веками,
Струя  глубинных  родников,
Оставлена,   забыта  нами
В  кругу  крапив  да  лопухов
В  край  зацвела  болотной  тиной.
Дубовый  сруб  почти  истлел.
Как  будто  старец  сиротливый
Без  цели,  без  забот,  без  дел
День  ото  дня,  а  год  за  годом
Ключ  уменьшал  лишь  бега  путь
Чтоб  с вымирающим  народом
Илом  забиться  и  «уснуть».

Да  время.  Есть  всему  начало,
А  значит,  есть  всему  конец,
Но  то,  что  с  родниками  стало,
С  селом,  что  стало,  наконец.
Нет,  нет,  не  время  виновато,
Но  тот,  дико – колхозный,  строй
Который   насадил  когда - то
По  всей  Руси  грузин  рябой

Тех,  кто  в  колхоз  не  собирался
Он  в  дальние  края  сослал.
Тех,  кто  хоть  как  сопротивлялся
Поставить  к  стенке  приказал.
Тем  дикий  страх  в  селян  вселили
Приспешники  кровавых  дел.
Почти  в  рабов  вновь  превратили
Всех  тех,  кто  как – то  жить  хотел

Но  вот  приспела  Мировая
Та  всех  ужасней  войн  война.
Селян  всех  с  края  и  до  края,
Как  будто  их  в  войне  вина,
«Сгребли»  в  солдаты  без  разбора –
 Умеет,  нет  ли,  воевать.
 Их  почти  двадцать  миллионов
 В  сырой,  осталося  лежать.

Вот  так  Победа  состоялась.
В  том  сорок  памятном  году,
Но  слава,  в  основном,  досталась
Маршалам,  партии,  Ему,
А  вот  вернувшимся  в  колхозы
Вновь  рабский  труд – за  трудодень.
В  холод,  в  жару,  в  хляби,  в  навозы…
Без  выходного -  каждый  день

От  «благ»  подобных  побежали
Кто  только  мог.  Хоть -  бы  куда.
И  дни  тягтяйшие  настали –
Пришла  безлюдия   беда.
Сначала  в  сельские  поселки.
Затем  в  деревни  и  село,
А  со  всех  С.М.И. «сказки»  звучали –
Как  жить  легко  и  весело!

Но  заколоченные  избы
Немо  кричали  об  ином –
Кому  нужны  разные  измы
Коль  доживая,  не  живем.
Ни  кто  не  топит  наши  печи,
Не  убирает  сад  и  двор,
Нет, не  слышны  хозяев  речи
Гниет  сарай,  гниет  забор…
Ни  кто  не  порует  скотину.
Которой,  в  общем,  нет  как  нет.
Ужель  вот  так  вот все  здесь  сгинем?
Осталось  ведь  не  много  лет.
О,  если  б  кто – то  в  нас  вселился
Печи  стопив,  чтоб  обогреть,
Воды  принес  и  дал  умыться
Мы – бы  смогли  б  помолодеть…

Понявши  пожеланья  эти
Иль  чтобы  вспомнить  о  былом.
Как  то  однажды -  на  рассвете,
К  кринице  я  пошел  с  ведром,
Но  наклонившись  над  криницей
Страшную  истину  познал –
- Былое  нет,  не  воротится
Кто - бы  здесь  как  не  вымывал
И,  что  с  селом,  с  криницей  стало
Селяне,  в  общем,  не причем,
Но  сердце  почему – то   сжалось
И  слезы  полились  ручьем.

 

 

               ВЛАСТИ

Когда – то  объявили  перестройку.
Тогда  же  был  дан  гласности  забег.
Вот  если – бы  забег  был  на  попойку,
Многих  из  нас  не  просто  б  ждал  успех

Вместо  того , чтоб  производства  ладить,
Иль  скажем  жизни  тонус  поднимать,
Округ  все  стали  Мишку   Горби  славить.
Чуть  позже  стали  все  его  ж  ругать.

За  то,  что  магазины  опустели,
За  то,  что  на  товар  талон  ввели,
За  то,  что  проходимцы  поимели,
За  то,  что  люд  простой  весь  обвели.

Г.К.Ч.П.  «взнуздал»  как  будто  круто,
Но,  не долга -  Янаев  задрожал.
То  крайне  не  понравилось  кому - то,
Вот  тут – то  для  Бориса  час  настал.

Ах,  как  округ  ему  рукоплескали,
Когда  толпе  он  с  танка  возглашал.
Казалось,  что  народа  дни  настали,
А  партократов  ждет  плохой  финал.

К  тому  ж , Борис  сказал:  «На  рельсы  лягу»,
Видать  на  те,  что  «клал»  нам  Госпарьян.
Такую  вот  явив  людям  отвагу,
А  может  просто  был  он  сильно  пьян.

Вместо  того , что б  производства  ладить

Всем  нам  решили  ваучеры  дать.
Чтоб  мы  Бориса  продолжали  славить,
Но  все  его  вдруг  начали  ругат

За  то,  что  натворил  с  Союзом  в  Пуще,
За  то,  что  объявил  дефолт  рублю,
За  то,  что  лишь  прохвостам  стало  лучше,
За  то,  что  работяг  подвел  к  нулю.

 Володя,  к  слову,  начал  очень  бойко ,
В  сортирах  обещал  банду  мочить.
По  всей  Чечне,  а  в  общем  и  не  только,
Сепаратизм,  чтоб  так  сказать,  изжить.

  Но  годы  Президентства  пролетели,
А  террористы  продолжали  рвать.
Чтобы,  в  конце  концов,  добиться  цели,
Пришлось  на  помощь  друга  Диму  звать.

   Два  «близнеца»  от  Питерского  клана,
Рулят пока  страною,  так  себе.
Петь  дифирамбы  им  не  стоит,  рано,
А  вот  ругнуть  их  стоило  б  уже!

   За  то,  что  к  стенке  извергов  не   ставят,
За  то,  что  бюрократам  сладко  жить,
За  то,  что  банки  непомерно  грабят,
А  производство  до  сих  пор  лежит.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СТАРОДУБСКОЕ  РОЖДЕСТВО.

 Зима,  звезды  колкие,  Рождество!
 Девки  разно  ряжены – торжество!
По  вечерним  улочкам  с  края в  край
Для  щедрых  щедруют.  Одаряй.

 Хлопцы  размалёванные  водят  «коз»
Будто  и  не  трогает  их  мороз.
Все  такие  гарные  парубки.
Как  один, с  рождения,  казаки

У  Войта  компания – брат,  сват,  кум..
У  каждого  множество  всяких  дум –
Про  грунты, про шляхетство, да  про Сечь.
Гостей  дожидаются мают  честь.

 Гости  пришли  знатные  от  Сечи.
Зажигай  хозяюшка  все  свечи.
Старшины  расселися – знатный  Полк.
Стал  полковник  к  образу,  зачал  толк:

«Коль  мы  люди  вольные – наливай,
А  коль  хлебосольные – в  самый  край,
Каждому  по  чарочке  Зелена.
Ночка  нам   веселая  суждена.

 Посидим  по  доброму – праздничком.
Рядышком  да  с  Ладушкой  попоем -

Про  походы  ратные  долюшку,
 Да  про  волю  вольную – Волюшку.

А  еще  про  древний  град – Стародуб,
Про  Илюшу  Муромца,  до  про  дуб.
С  коего  Соловушка  вел  разбой.
Ох,  что  с  ним  случилося – Боже  мой».

Хлопцы  размалёванные  входят  в  дом,
 Девки  разно  ряженные  под  окном,
Войт  и  гости  пьяные – торжество.
В  Стародубе  Северском – Рождество!

 

 

 

 ПОСВЯЩАЕТСЯ  ГРИШЕВКЕ

Пригорка  клин  с  избами -  хатами.
К  северу  верб  тенистых  ряд.
Сюда  когда - то  мы  ребятами
Слетались  бут – то   пчелы  в  сад.

Ручья  Барлычки  воды  чистые – 
Надежный  дом  для  пескарей.
Лугов  трясучки -  кочки  мшистые
Не  только  вдоль  аллеи  всей.

 Дальше  Куриловка  высокая.
На  ней  окоп  времен  войны.
Поля  обширные – далекие 
С  окопа  бруствера  видны.

 К  югу  Орел -  гатка  за  гаткаю
С  Барлычкой  встретится,  бежит.
Сольются  струи -  станут  Пяткою.
Аж   за  Железку  Пятке  жить.

               *    *     *

  Пригорка  клин – Гришевка  шумная
 Где  вязы,  да  клены,  да  бузок,
 Гумна  остаток – яма  круглая
 От  былой  жизни  островок.

   Там  мне  до  ныне  в  полисаднике
Малина  сладкая  «горит».
Глаза  закрою  в  том  ли  садике
Своей  цигаркой  дед  дымит.

    И  мать  с  отцом  еще  не  старые
Нравоучения  ведут,
И  Аня  с  Ниной – сестры  малые
В  Ложки  за  щавелем  зовут.

 

 

 

 

 

   ПОСВЯЩАЕТСЯ ГРИШЕВКЕ

Пригорка  клин – Частица  Пятовска,
 Древне  казачьего  села.
С  которого  возможно  паводка
Нас  всех  по  свету  разнесла.

  Нет,  нет  мы  сами  разлетелися
От  благ  колхозных  кто  куда,
Но  память  Белою  метелицей
Грусть  навевает  как  всегда.

   О  ветряках  крылами  машущих,
О  сверх  далеких  Маяках,
О  пахарях  полоску  пашущих,
О  школе,  клубе,  родниках…

 

              *      *      *

Пригорка  клин – дома  забитые.
В  жилых  почти,  что  юных  нет,
А  старики  судьбой  забытые
Чадят,  пока,  что  белый  свет.

Уйдут  они.  Кто  здесь  останется,
Ужель  Российскому  селу
Осталося  недолго  маяться.
Иль  все  вдруг  повернет  к  добру?

 И   вновь    за  место  Стародубского
Вернется  Гришевка,  как  встарь,
И  в  церкви  в  честь  Святого,  русского
Ударит  к  празднику  звонарь.

  

 НАД ДИКИМ ПОЛЕМ  

Над диким полем ворон кружит
Ковыль-трава округ горит.
Там удалой казак сраженный
Стрелой татарскою лежит.

Друзья его,  братья казаки
Ушли вести кровавый бой.
И верный конь, нет, не поможет
Вернуться казаку домой.

Тело его дожди омоют,
Молебен ветры отпоют,
По, христиански не схоронят,
Его ж стервятники склюют.

Время придет. Поход вернется.
Устроит праздник всем селом,
Но горькою слезой зальется
Убитого казака дом.

В углу заплачет мать старушка.
Слезу смахнет казак-отец.
Кохана жинка зарыдает,
Надежде их пришел конец.
У образов зажгут лампаду,
Заупокойную споют.
Казака дети- казачата
Время придет – в поход пойдут.

Над диким полем ворон кружит,
Ковыль- трава округ горит.
Там молодой казак сраженный
Пулей турецкою лежит.
Пулею польскою лежит…

 

     

   МОЙ ОТЕЦ ПРИШЕЛ С ВОЙНЫ  

 

 Мой  отец  пришел  с  войны.
 В  том  победном  сорок  пятом.
 Гвардии  простым  солдатом.
 Мой  отец  пришел  с  войны.

 Мой  отец  пришел  с  войны.
 Две  Отваги,  орден  Славы.
 Утверждали  все,  что  бравым
 Мой  отец  пришел  с  войны.

 Мой  отец  пришел  с  войны.
 Трижды  ранен  да  контужен.
 Был  он  крайне  родным  нужен.
 Мой  отец  пришел  с  войны.

 Мой  отец  пришел  с  войны.
 В  семье  счастья  дни  настали.
 Пусть  до  сыта  не  едали,
 Но  отец  пришел  с  войны.

 Мой  отец  пришел  свойны.
 Дав  моей  жизни  начало.
 Эта  песня  чтоб  звучала.
 Мой  отец  пришел  с  войны

 Мой  отец  пришел  с  войны.  

 

 

 

 

 

   РОДНИК БЕССМЕРТИЯ


В далекий дали,где встречается

вечер с рассветом,

Куда до сих пор из людей 

ни один не проник.

По многим рассказам,по многим

мечтам и приметам

Земля есть из сказок,

и сказочный бьет там родник.

 

И если туда кто нибудь,

хоть когда доберётся,

Босыми ногами ступая 

по тропам крутым,

Воды с родника 

после трудной дороги напьётся,

Тот станет бессмертным,

тот будет всегда молодым.

 

И многие шли по земле

и ту землю искали.

Из тысяч ручьев воду пили,

присев отдохнуть,

Но той не нашли,

хотя много прошли и устали,

Из сказок земля,

к ней видать заколдованный путь.

 

И лишь единицы 

сумели ,наверно, добиться,

По капле иль две

от бессмертья воды испить той,

Которой не хватит,

конечно же,что бы напиться,

Но хватит ,чтоб память 

о них оставалась живой.

 

Наверно они, пройдя мимо

лесами  иль садом,

Попили с ручьев ,

растворивших струю родника,

Который живет потому,

что живых нету рядом.

И как хорошо,

что земля та всегда далека.

 

Бежит родничек,

растворяясь в ручьях,речках ,реках.

И каждый из нас, 

хоть крупицу  воды выпьет той,

Которая всем помогает

в мечтах и успехах,

Из сказок воды ,той воды,

что зовется -живой!

 

 

 

   Сон Степана Разина

 

В тот ли вечер, в тот ли вечер
Мне малым,  мало спалось,
Мне малым,   мало спалось,
Ой, да во сне привиделось.

Мне во сне привиделось
Будто - бы конь мой вороной
Разыгрался, разгулялся,
Ой, да расплясался подо мной.

Налетели злые ветры
От Московской стороны
И сорвали они шапку
С моей буйной головы.

Разрывался лук звончатый
На кровавой ли зоре.
И посыпались, калены стрелы
По сырой мати, земле.

Есаул догадлив был,
Он сумел сон мой разгадать:
Ой, не долго, да не долго-
Говорил он, - всем гулять.

Ой, не долго, да не долго
Гулять с тобой нам Разин сын,
Тимофеевич Степан
Вольными видеть Волги синь.

Как слетала, черна шапка,
Шапка черная твоя
Пропадет, знать, пропадет знать
Твоя буйна голова.

Разрывался лук звончатый
Это, знать, мне казненным быть,
А рассыпанные стрелы –
То казаченькам не жить.

То казаченьки твои
Вольными жить уж не смогут,
Ой, да те, кто не падет -
Во  побеги, побегут.

В тот ли вечер,  в тот ли вечер.
Мне малым мало спалось,
Мне  малым  мало  спалось.
Ох,да в во сне ль  привиделось?

 

             

 

                        СПАС



 

Когда взошла звезда над Вифлеемом,


Пришел в мир  Тот -  Кого земля ждала.


Со времени вселенского потопа


Что - бы спасти живущих ,ото зла.





Время прошло. Иисус принял крещенье


Начал учить - Нельзя жить не любя.


Людям земли Он так желал спасенья,


Что крест распятья принял на Себя.





Ученики Его пошли по свету,


Неся ученье, не жалея сил.


И приняли Крест многие народы,


А Руси земли Андрей освятил.





Пусть до сих пор неверным не понятно,


Когда и где снова звезда взойдет


Звезда Любви, звезда пламенной веры,


Но, тот, кто верит  истинно -  поймет:





Крестя землю, сказал тем  Первозванный


Угодно стало Богу и судьбе,

Что все пути пришествия второго


Сойдутся в срок Россия на тебе!


 


                ЧЕРНОБЫЛЬ.

 



Беда незваной  «ходит» как  всегда.


Вот  и  тогда.  Весною  той.  В  апреле.


Свой  жизни  гимн  повсюду  птицы  пели,


Но  жгла  уже,  Полыни жизнь  звезда.





Она  свои  разбросила  лучи.


Знать,  час  преданья,  страшной  кары,  пробил.


И  содрогнулась  в  ужасах  земля


От  тех  ветров,  что  понесли  Чернобыль…





Ну  а  затем,  в  Зону  пришел  разор.


И  все  о  взрыве  страшном  том  узнали.


Кому  секрет , как  с  Киева  бежали?..


А  в  Припять  не  вернулись  до  сих  пор.